Возле ткацкого станка

- Наталочка! - он впервые за весь разговор назвал ее имя.

- Сама поэтому и приду! - И пошла по коридору, только оглянулась. - До вечера!

Ткацкий цех Дарницкого шелкового комбината. Высокое, хорошо освещенное помещение, оборудованное по последнему слову техники: современные станки выстроились в поточные линии, умные машины, проверяющие, принимающие и пакующие готовую продукцию, транспортеры, которые сами, без людей, выносят запакованные рулоны полотна за пределы цеха. Чистота стерильная: кафельный пол, белый, светлый; под большими окнами высокие пальмы в кадках, рододендроны, даже олеандр цветет. В цеху в основном девушки, словно врачи, в белых накрахмаленных халатах и платочках, тихо, спокойно ходят около машин.

Светлана работала возле ткацкого станка. Умело, ритмично, будто к струнам большой арфы, прикасалась к туго натянутым ниткам основы, сбегающим с больших шпуль и радиальными лучами сходящимся к механизму начинщицы. С другой стороны машины выходило готовое шелковое полотно, опускалось под нижний вал и длинной лентой тянулось к другой машине, проверяющей его качество, метрирующей и пакующей в куски.

К Светлане подошла Наталья и старшая смены, пожилая женщина, тоже в белом.

- Родственники к тебе... Светлана обернулась удивленно.

- Едва добилась - такие у вас строгости. - Наталья поцеловала невестку.

- Трудовая дисциплина, - старшая стала возле машины. - Только минутку, как договорились.

- Да-да... - Наталья растерялась на миг, не знала, с чего начать. - Что случилось, Светланочка?

- Трудно объяснить... - Светлана отвела взгляд в сторону.

- Где же ребенок? С кем?..

- В яслях. У нас хорошие ясли, круглосуточные...

- Университет бросила?

- Нет, перевелась на вечерний. Вы в музей приехали? Наталья помолчала, глянула молодой женщине в глаза: