Вдали, за семафором

Вдали, за семафором, показывается расцвеченный флагами и транспарантами эшелон с демобилизованными. Он приближается, вырастает...

В окнах вагонов возбужденные, радостные лица солдат.

Остаются позади пригороды послевоенного Киева. С ревом паровоз вылетает из-под моста. С невероятной скоростью вырастает звезда на котле паровоза.

Приближается переполненный праздничной толпой встречающих перрон киевского вокзала.

Военный духовой оркестр играет марш. По перрону к вагонам бегут женщины и дети, старики и ранее демобилизованные мужчины. Что-то выкрикивая, они протягивают цветы, разыскивают родных.

Заметив кого-то, за одним из вагонов бежит Ильин, человек средних лет, без фуражки и в гимнастерке без погон. Ильин смотрит поверх голов в направлении тамбура вагона. Оттуда выходит и растворяется в массе людей беспрерывная цепочка солдат. Родные и близкие чуть ли не на руках выносят их на землю. Возгласы, поцелуи, приветствия. Кто смеется, а кто и плачет от радости. К вышедшим из вагона старшине и лейтенанту протискивается Ильин.

За лейтенантом выходит Ярина. В военной форме она выглядит старше своих двадцати пяти лет; глаза большие, приветливые, косы гладко причесаны и собраны в тугой узел под солдатской пилоткой. Охваченная общим порывом, она улыбается, напряженно осматривая встречающих... Но к ней никто не бросился, не подбежал. Только приземистый лейтенант, который вышел раньше Ярины, спиной преградил ей дорогу. Большущими ручищами он крепко сжимает в объятиях Ильина. Оба смеются, что-то говорят, но за общим шумом их голосов не слышно.